В 5 часов утра, когда солнце только начинает подниматься откуда-то с востока, все вокруг укрыто дымкой легкого, как воздушная вязь, тумана. Укрыты склоны горы, поросшие густой травой. Укрыты скалы. Укрыто сонное море. Укрыты нетронутые рябью, как зеркала, озера. Кажется, что вместе с твоим пробуждением весь мир рождается заново…

Последнюю ночь мы провели на вершине, с которой открывается панорама озер. Озера как зеркала, в которых отражаются проплывающие высоко в небе облака и окрестные невысокие горы.

- Ну, так что, мы идем спать на гору?

- Да, конечно же…

- Ну, тогда нам пора выходить.

Около полуночи мы собрали спальники и небольшой группой отправились в последнюю ночь, из тех, что мы провели в этом месте. Часть группы осталась в лагере у костра… Деревьев в этой местности практически нет. Небольшое их количество растет на дне ущелья, сформированного разломом в горном массиве, и еще какая-то их часть разбросана небольшими группками по окрестностям. Поэтому для костра приходится собирать ветки и доски выброшенные на берег зимними штормами. На берегу их можно найти в достаточном количестве для того, что бы развести в каменном очаге костер, и что бы его хватило на пол ночи.

А до того, как отправится на вершину мы долго сидели у костра, время от времени вытаскивая из горячих углей печеную картошку, которая потом обжигала губы, и клали ее в кружки.

- Что вам больше всего запомнилось здесь? Что вы увезете с собой отсюда?

У всех по разному и что-то свое…

Солнце… Пустынный пляж с нежно прозрачным морем… Горячий песок… Безлюдные лунные пейзажи соляных озер… Пещеры, в которых кружат, шелестя крыльями, летучие мыши… Гроты в скалах… Море, в глубине которого искрятся и играют лучи солнца…

Это то, что останется в сердце. Это то, что останется в сердце лично у меня.

Поскольку…

Это нечто большее чем просто семинар, или тренинг… Это часть жизни, которая становится значительнее многого из того, что было прежде. Это место, где человек может стать самим собой. Так, не специально, а в потоке естественного хода событий, и жизни, где время почему-то становится шире, распахивая вдруг перед внутренним взглядом горизонты вечности, где ничего не нужно более и лишнего, и где присутствует полнота возможного, лишенная тех мнимых и иллюзорных ценностей, которые человек современный цивилизации выдумал для себя...

Минут через двадцать, освещая себе дорогу светом фонаря, мы поднимаемся на вершину горы и среди серых покрытых оранжевыми и бледно-зелеными лишайниками камней мы отыскиваем относительно ровные площадки и расстилаем недалеко друг от друга спальники.

- Я никогда не видела такого неба…

- Здесь совсем не холодно…

- Мне даже жарко… Только в палатке я все время мерзла…

Тело пытается слиться с рельефом, раствориться в нем, втечь в него. И потом камни, кажется, уже не так давят, и оказывается вдруг, что довольно удобно. И земля не такая твердая, как это может показаться, а привычная мягкая постель с теплой подушкой, что-то такое нереальное, словно, как и многое другое, из какого-то другого мира, откуда мы смогли на время исчезнуть.

Мы пытаемся о чем-то говорить, но усталость берет свое…

- А теперь мы будем вести светские беседы…

Смотрим в небо. Небо усыпано звездами. По диагонали все небо пересекает Млечный путь. Изредка из глубины вырывается метеорит и также стремительно исчезает.

- Вы успели загадать желание… - спрашивает вдруг кто-то.

***

Палаточный лагерь мы разбили у самого моря, на небольшой ровной площадке, устланной сухой золотистой травой, и на окрестных склонах. 9 палаток. 13 человек - которым предстоит прожить здесь неделю, в отрыве от привычного ритма жизни, от привычного мира, и вообще от всего, к чему привыкаешь в городе – от своих масок, ролей, стереотипов. Кому-то это удастся, кому-то, видимо, нет. Но у каждого в равной мере есть шанс пусть на время стать по настоящему собой, таким, для которого нет нужды играть себя, изображать что-либо, подстраиваться под чьи-то ожидания. Здесь все не спеша. Солнце, кажется, прожигает насквозь.

Водитель, который вез нас сюда, долго ругался, что в такую глушь он больше никогда не поедет, и знал бы, не согласился бы везти. И дороги не ровные, и пыль, и настроение, наверное, не то…, но скоро все это сотрется из памяти… - и водитель, и долгий переезд через пол Крыма, и унылые пустынные деревушки, затерявшиеся в пыльной просоленной степи, и полуразвалившиеся заброшенные дома, и покосившиеся столбы, с которых местные жители поснимали провода, и старые заброшенные фермы, на карнизах крыш которых и вокруг сидят стаи ворон – запустение и уныние, и дорога, свернувшая с центральной магистрали и на которой нам не встретилась ни одна машина... Останется только бархатное чуть прохладное море и пронзительное солнце.

Когда мы добрались до места стоянки был четвертый час дня. И после всех организационных вопросов, после того, как лагерь полностью принял свой завершенный вид, когда все палатки стали на свои места, пообедав и обсудив актуальные вопросы, когда постепенно начали подкрадываться сумерки, мы отправились на скалы смотреть закат…

Закаты – это отдельная тема. Этот был первым среди тех, что каждый вечер наполняли наше сознание своим сиянием, когда обжигающее полуденное солнце к вечеру превращается в кровавое пятно над зеркальной поверхностью озера и в сиреневой дымке, расстилающейся в закатном сумраке. Такое солнце как сияющая рана в ровном и чистом небе, как выход в другой мир, где кажется, что все несколько иначе. И когда вдыхаешь его – оно погружается в самый живот, опускается в живот и там замирает тихим, спокойным и мягким теплом.

Мы сидим на камнях, растущих из самой земли.

«Наверное нужно что-то сказать…, только что…, что может сравниться с реальностью замершего в сумерках сознания, когда солнце уже скрылось, а ночь еще не наступила».

- Попробуйте услышать тишину. Когда все внутри вдруг останавливается и замирает. Нужно растворится в ней. Когда открываешь себя миру и он наполняет собой. И исчезает граница, разделяющая окружающее пространство и собственное сознание. Стоит отпустить взгляд, расслабить его, и уловить ритм окружающего мира. Поскольку здесь он иной. Не такой как в городе, с его шумом и спешкой… - пространство наполнено Силой. Оно дарит ее каждому, кто способен ее воспринять. Когда перестаешь сопротивляться и делать что-то специально заученное и неестественное - она начинает наполнять сердце. Пространство – это бесконечный источник Силы.

Несколько слов, фраз… Потом снова тишина. Мы долго смотрим, как опускается за горизонт солнце. Затем – на опустевший горизонт.

Когда почти совсем стемнело, мы спускаемся с пригорка на расположенную у его подножия грунтовую дорогу и не спеша идем обратно к лагерю.

В лагере чай с медом. Присматриваемся друг к другу. Какие мы? Для чего мы все сюда приехали? Для чего Вы здесь? Для чего здесь я?

- Хорошо… Мы доехали сюда, слава Богу! Только помнится, я некоторых достаточно настойчиво отговаривал ехать… - по разным причинам. Иру, вот, отговаривал… Помнишь? В связи с этим хочу Вас спросить – для чего Вы приехали, с какой целью?

- Я, что бы найти себя.

- А ты когда себя потеряла?

- …

- Я приехала из любопытства…

- Да, информация на сайте была такой…, двойственной – с одной стороны замануха, а с другой – что бы лишние не приехали…

- …

- Я, потому что здесь я могу быть собой, таким, какой есть…

- Я ждала такого вопроса... Но я не скажу с какой целью приехала.

- Ты сама знаешь с какой?

- Да, знаю.

- Оставишь себе?

- Да.

- …

- Я хочу попробовать, что-то новое…

- А мне, наверное, нужно что-то восстановить в себе. Я вообще первый раз участвую в таком мероприятии. И первый раз выезжаю в горы.

- Не волнуйся, все будет хорошо…

- …

***

Ночь опускала на нас свои крылья, впускала в свои трепетные объятья… - ...она лежал в траве и глядела в небо. Небо было бездонным и затягивало как омут. Ветер разгонял облака и раздувал звезды. Внезапно на серебристом небосводе появилась первая звезда и, как первая скрипка, заиграла свою партию, переливаясь, настраивая музыку сфер на долгую ночную симфонию. Багровый закат сгущался и оседал в соляных озерах. И солнечный диск, падающий за горизонт, отражался в стеклянной соленой глади ярким пламенем. Казалось, солнце со всей силой своей огненной страсти целовало воду, стараясь разбудить в ней ответную страсть, но тщетно! Холодная гладь оставалась бесстыдно спокойной, невозмутимой и безмолвной! Запели цикады. Она лежала в траве и вдыхала терпкий и теплый аромат земли. После долгого дня, шумных встреч и фальшивых слов, безумной гонки и пыльной тряски по крымским дорогам, эта тишина, запах трав и стрекот цикад, замешанный на крепком багряном закатном ветре - казались нереальными.

Все только начиналось, а это значит, что все настоящие встречи и открытия еще впереди: «Вот так бы раскинула руки и полетела!» - пронеслось в ее голове. Природа открывала ей свои объятья. Что-то необыкновенное происходило в душе. Две стихи - Инь и Ян - дополняя друг друга, замыкались в вечном круговом танце. Придавая всему происходящему сакральный смысл и завершенность. Веки ее потихоньку тяжелели и смыкались. Она уплывала на волшебной сонной лодке по реке времени... до утра...

***

Просыпаемся в половине седьмого утра.

Народ раскачивается с трудом, с усилиями выползая из своих снов, а потом из палаток. Кто-то просыпается раньше, кто-то позже. Некоторых приходится будить. И спускаемся к берегу умываться. Стоя на скользких камнях, балансирую между обреченно уходящей сонливостью и набирающим силу утром. Умываемся… Промываем нос, - простая в сущности вещь, однако… Она чем-то похожа на внутреннюю готовность впустить в себя нечто новое и не всегда на первый взгляд комфортное, точно непривычное, только потом понимаешь результат такого банального действия, как промывание носа морской водой, когда зачерпывая его в сложенные ладони, поднося к носу и, закрывая большим пальцем одну ноздрю, глубоко втягиваешь в себя воду другой. Выплевываешь воду через рот, часть – выливается обратно через нос. Прочищаешь нос от воды. И производишь туже процедуру с другой. Постепенно действие становится более привычным и комфортным… Кто-то после пробуждения сразу же бросается в море купаться…

***

Не спеша участники собираются под большим тентом в центре площадки, где расположен сколоченный из досок обеденный стол. Рядом выложен из плоских камней еще один стол, на котором одновременно можно и есть и сидеть.

- Ну что же, а теперь мы будем есть пыльцу… Если привезли с собой – доставайте, если нет – тогда можно ту, что привезли мы…

Я достаю баночку разноцветной пыльцы – желтые, зеленоватые, черные крупинки…

- А что с ней делать? Как ее есть?

- Сейчас объясню… Значит, вы берете чайную ложку пыльцы, кладете пыльцу в рот и держите там до ее полного растворения, что бы растворились все крупинки и она превратилась в однородную массу… Не спешите ее разжевывать, она сама постепенно растворится… частично она расщепляется уже в ротовой полости и всасывается в кровь через слизистую рта. Есть за пол часа до еды…

- А если у меня аллергия…

- Она практически не вызывает аллергических реакций. И кроме лечебных эффектов, это удачный повод помолчать, поскольку сложно говорить, пока во рту пыльца…

- А запивать ее можно?

- Лучше выпить воды до приема пыльцы, грамм 100, примерно 5 больших глотков не холодной чистой воды.

И все мы вдруг с сосредоточенным видом замолкаем, пробуя оценить вкус пыльцы…

- Через 5 минут выходим… - объявляю я через некоторое время. - С собой нужно захватить коврики и быть в удобной одежде.

***

Наш лагерь расположен в одной из бухт, оформленной каменистыми прибрежными склонами. Из бухты, среди камней и высокой травы идет дорога наверх, к роднику и дальше, протягиваясь через весь горный массив, спускается к озерам и мимо них уходит к ближайшей деревне, расположенной примерно в 7 км от Опука… Миновав родник, дорога поднимается вверх к большому полю, поросшему травой, которая к этому времени уже выгорела от солнца и пожелтела, лишь кое-где встречаются участки бледной зелени и сухие цветы, а также желто-зеленые колючки, которые на какое-то время нашего пребывания в этом мете привязали к себе часть нашего внимания… Дорога нетороплива течет через поле… Каждый день по нескольку раз мы имели удовольствие не спеша идти по ней – или направляясь к лагерю, или к пустынным пляжам, или к дальним, обрывистым скалам, с которых мы наблюдали за тем умиротворенным спокойствием, с которым солнце опускается за горизонт… Почти миновав поле, у его дальнего края, там где дорога поворачивает направо и идет дальше между склонов невысоких гор с каменистыми выступами, можно обнаружить затерявшуюся в траве тропинку, которая спускается сначала в овраг, а затем выводит к обрывам и вьется вдоль известковых с глубокими выветриваниями скал – слева камни и скалы, справа обрывы – и, постепенно, обогнув скалы, открывается панорама морского побережья и соляных озер с красноватой зеркальной поверхностью пропитанной солью воды.

***

Из нашей бухты мы поднимаемся на соседний пригорок, достаточно удобный и ровный, для того, чтобы мы могли провести здесь утреннюю разминку. Со стороны моря он заканчивается резким каменистым обрывом. Мы расстилаем свои коврики и начинаем вытягивать застывшие и окаменевшие после ночного сна спины, суставы и связки. И в какой-то момент становится ясно, что совершенству нет предела… - только спины предательски сутулятся, а коленки сгибаются… - но мы продолжаем не смотря ни на что не спеша приводить свое теле в рабочее состояние. Серия асан. Затее отдых. Мы смотрим на море, которое расстилается перед нами, сидящими на краю скалы…

Мы спускаемся в лагерь где дежурные готовят завтрак. Завтрак самый простой – салат и козий сыр, потом чай с медом. Поскольку дело не в количестве пищи, а в ее качестве и способности ее полноценно усваивать организмом. Если эти два условия соблюдены, можно обходиться сравнительно небольшим количеством пищи, необходимой для поддержания себя в полноценном рабочем состоянии, а не «заедать» свои проблемы, наращивая вокруг своей души жесткий и неподвижный защитный панцирь.